18+
пятница, 24 марта
Политика

Золотые мандаты для темных паровозиков

Нижегородский политтехнолог рассказал, сколько стоят места в парламентах

  
2106
Золотые мандаты для темных паровозиков
Фото: Валерий Шарифулин/ТАСС

Предвыборная гонка в самом разгаре, до дня икс остался всего месяц. Эта кампания вдвойне абсурдна и агрессивна к избирателям нескольких приволжских регионов: на кону мандаты сразу в два парламента — в областной и федеральный. Совсем скоро прошлогодняя гордумовская гречка покажется нижегородцам невинной шалостью. Какие методы (законные и не очень) на этот раз используются, на что и сколько денег нужно потратить кандидату, чтобы получить место в парламенте, «Свободной прессе» рассказал нижегородский политтехнолог Вячеслав Лукин.

Эпизод первый. Главное — не перекормить

«СП»: — Вячеслав, давай сначала о текущих выборах в Госдуму. Что нужно сделать, чтобы получить мандат депутата с наименьшими потерями?

— На сегодняшний день более десяти партий имеют право выдвигать кандидатов без сбора подписей. То есть если ты хочешь попытаться пройти в Госдуму, надо выбрать какую-нибудь партию из этого списка.

«СП»: — То есть примкнуть к кому-то?

-Да. Стать либо сторонником, либо сочувствующим, либо членом… В общем, тебе надо договориться с этой партией. Скорее всего, она будет просить вступительный взнос на общую кампанию. Это от 1 до 10 миллионов рублей. Это твоя первая трата. Дальше — тебе надо сформировать штаб, арендовать офисы и т. п.

«СП»: — Подожди, но ведь у каждой партии есть список — и она, выиграв, распределяет кандидатов по этому списку. Зачем кандидату тратиться?

— Есть общий список, который составляется Москвой, а из региональной группы мандат вообще может никто не получить. Если партия в одном регионе наберет меньше голосов, а в другом больше, пройдет тот регион, у которого больше голосов. Поэтому тебе в любом случае надо будет вкладываться.

«СП»: — Но это уже совместная работа…

— Да, но списки формируются, как правило, из кадидатов-одномандатников, чтобы они «тянули». Кроме «ЕР», все партии используют такую схему: первые в региональном списке — они же одномандатники. Это логично: и партия набирает рейтинг, и кандидат набирает. Так вот, ни один из баллотирующихся сегодня кандидатов не имел в прошлом году ни популярности, ни даже узнаваемости среди населения. Так обычно и бывает. Поэтому до начала официального агитационного периода, то есть до своего выдвижения, тебе нужно нарастить узнаваемость. Для этого придется организовать работу неофициальных штабов, юриста, надо снять помещения. Одного не хватит, потому что округа достаточно большие. В среднем надо будет снять 3−4 офиса, чтобы штабы могли оперативно работать. Должен быть руководитель кампании, юрист — это в головном офисе — плюс технолог…

«СП»: -Какая разница между технологом и руководителем кампании?

— Технолог отвечает за агитацию. Он следит, когда будет напечатана газета, когда будет подготовлена программа. Он будет работать с журналистами, с фотографом. А начальник штаба будет вести ключевые переговоры в партии, в комиссиях. С юристом они должны объехать все комиссии, понять, что там за люди, даны или не даны им установки, поставить в комиссии своих людей. Если, конечно, кандидат не готов работать сам начальником штаба. Некоторые могут сказать: я сам буду начальником.

«СП»: — Это разумно?

— Считаю, что нет. Кандидат занимается своим бизнесом и не знает всех подводных камней избирательной кампании.

«СП»: — Сколько стоят услуги начальника штаба и юриста?

— Если мы говорим о выборах в Госдуму, средняя компенсация начальнику штаба варьируется от 250 до 450 тысяч рублей в месяц. За меньшие деньги сегодня никто работать не готов. Столько же примерно стоят услуги юриста.

«СП»: — А партия сколько денег дает кандидату на кампанию?

— Нисколько. Ты за свои средства должен все это сделать. То есть партия тебе даст места для агитации, где ты можешь вывесить свой плакат, она будет печатать какую-то общую газету и дебаты организует — и все.

«СП»: — Кто еще нужен?

— Водитель, чтобы кандидат мог выезжать на встречи. Расстояние до 400 километров. Это достаточно тяжело — провести встречу и еще самому водить. Но основные траты должны быть на сеть. На людей, нанятых в районах, которые в итоге должны сагитировать и привести людей на выборы.

«СП»: — Каким образом они должны сагитировать?

— С помощью газет, листовок и объяснения позиции кандидата. У них есть путевые листы, маршруты, они обходят дома, знакомятся с людьми и убеждают голосовать за кандидата.

«СП»: — Плюс агитационные материалы, ведь так?

— Разумеется, это печать агитационной литературы, это газета, программа, возможно, баннеры наружки. Кандидаты, которые хотят избраться, должны вести агрессивную кампанию. У нас люди привыкли: если он везде, на каждом столбе, значит он как бы начальник. Это тоже надо использовать. Но, кстати, баннеры — это сегодня не очень эффективная реклама. Люди перестали обращать на них внимание, проезжаю мимо.

«СП»: — А телевидение?

— С телевидением большой вопрос: какие каналы сейчас наибольший рейтинг имеют?

«СП»: — Ну, на селе что смотрят?

— Вот не готов сказать. На сегодняшний день все на спутниках сидят. Соответственно неизвестно, будут ли твою рекламу смотреть жители села вообще. Реклама на ТВ дорогая и возможно, что она будет не эффективной. Лучше деньги тратить на людей, на сеть агитаторов, на встречи с агитаторами и с избирателями в комфортных обстановках — в офисе, например.

«СП»: — Но без газеты ты не обойдешься?

— Да, сегодня сельское население, а каждый округ — это городские районы плюс село, привыкло читать. Можно договориться с местными газетами, которые там выходят, но их прайсы будут такими же, как если бы ты напечатал сам.

«СП»: — Но ведь местным газетам люди доверяют…

— Да, доверия у них больше. И я думаю, что кандидатам придется именно их и использовать.

«СП»: — Сколько все это стоит?

— На всю полиграфию перед официальной агитацией уходит где-то 7 миллионов рублей. Плюс работа штабов и наблюдателей — это еще 5−7 миллионов. Вот уже 14 миллионов. Плюс побочные затраты — например, на людей, которые должны эту газету разносить, на пикеты и так далее. Это еще плюсом 6 миллионов. Но не надо забывать, что тем кандидатам, которых никто не знает, придется вложиться дополнительно. Помимо прямой агитации, они тратятся на подарки к праздникам, на помощь социальным категориям, на концерты. То есть бюджет может увеличиться до 50 миллионов. Я бы потратил 50 миллионов до выдвижения. Ты тут можешь набрать хорошую сеть агитаторов, люди поймут, что ты им платишь, они будут тебе доверять, и ты можешь их использовать в агитационный период.

«СП»: — А сколько агитатором надо платить?

— Агитаторам, скорее всего, надо платить раз в месяц: до выдвижения 5−6 тысяч каждому, плюс 10 тысяч бригадиру. Сколько их надо — это возможностей кандидата зависит. Средний округ — это где-то тысяча агитаторов.

«СП»: - То есть 50 миллионов — просто на то, чтобы кандидат примелькался, чтобы в округе его имя было на слуху?

— По сути, да. Сначала надо нарастить узнаваемость, а потом перевести ее в доверие. Чем больше узнаваемость, тем больше людей будут тебе в конечном итоге доверять. Но здесь может быть и негативный эффект. Если сильно перекормить людей вначале, узнаваемость будет слишком высокая, и даже будет высокий рейтинг доверия на первом этапе, но это перерастет в негатив, потому что всем помочь ты не сможешь. А просьбы к тебе пойдут с проблемами в основном жилищного характера. Дома отремонтировать, разобраться с капремонтом, с квитками…

«СП»: — Можно же пообещать, что вот изберете меня…

— Это на первом этапе не сработает, потому что период слишком большой. Останется еще три месяца, а люди будут конкретику спрашивать.

«СП»: — То есть вот три месяца прошло, а он мне ничего не сделал?

— Да. И негатив будет нарастать. Поэтому нужно выдержать баланс.

Эпизод второй. Липовые договора и подкуп

«СП»: — Итак, ты выдвинулся, у тебя уже есть штабы, руководитель кампании, сеть агитаторов. Что меняется после выдвижения?

— После выдвижения ты имеешь право тратить деньги только с избирательного счета. Сегодня он ограничен 15 миллионами рублей. При этом агитаторам придется платить больше, чем до выдвижения: по 10 тысяч каждому ежемесячно и по 15 тысяч — бригадиру. Все кандидаты заключают с ними сегодня бесплатные договора. Это очередная уловка.

«СП»: — Это что такое?

— Формально агитатор работает на бесплатной основе. Из фонда на него ничего не выделяется, но реально ему деньги платятся. Это чтобы хватило 15 миллионов на официальную агитацию. Если бы фонд был больше, платилось бы, возможно, и по-белому. Поэтому будут использовать форму под названием «сочувствующий агитатор». Реально, скорее всего, ты потратишь после выдвижения примерно столько же — около 50 миллионов рублей. Сейчас, например, используются агитационные концерты — почти все поняли, что это работает.

«СП»: — Они могут ведь пройти как не агитация?

— Так они и проходят. Например, сейчас используется форма выдвижения известных артистов, которые будут выступать с бесплатными агитационными концертами.

«СП»: — Членам избирательных комиссий, которые будут отстаивать твои интересы, надо платить?

— Если без права решающего голоса, то да. Наблюдатели тоже должны быть оплачиваемые, но формально они будут бесплатными. Официально 15 миллионов будут потрачены на выпуск агитационной продукции и на типографские услуги. Никаких договоров по зарплате не будет официально проведено. Но общий бюджет кампании в Госдуму по факту — до 100 миллионов рублей.

«СП»: — А вот технология скупки голосов — она незаконная, но она имеет место быть…

— Она существует, но она может не сработать. К примеру, есть округ — 500 тысяч человек. Для победы надо 40 процентов, т. е 200 тысяч человек. Купить 200 тысяч человек невозможно. Чисто физически ни один технолог не сможет это обеспечить. Это ведь надо проконтролировать. Ты по 1000 рублей заплатишь людям, это получится 10 миллионов, а придут они голосовать или не придут? Это мы только людям заплатили. А дальше на систему контроля надо минимум 50 процентов. В таких больших выборах это не очень эффективно.

«СП»: — А что касается раздачи продуктов?

— Почти все будут использовать ее. Опять же, все это зависит от ресурсов. Сегодня это дорогая технология. Тебе нужно охватить минимум 10 процентов населения, чтобы тебя в районе заметили. Если на каждого потратить хотя бы по 500 рублей, это серьезные деньги. Непонятно, насколько они сыграют в твою ползу. Но на эту технологию будут тратиться многие кандидаты. Опытные начальники штабов решают вопросы с доступом к базам персональных данных — и стараются организовать доставку продуктов в первую очередь незащищенным социальным категориям. Какой-то процент это даст.

«СП»: — Такой метод, как решение насущных проблем ЖКХ на твоем округе, насколько эффективен?

— Конечно, это используется. Но тут большой вопрос. Во-первых, это незаконно, это подкуп, а во-вторых, есть один нюанс. Когда ты решил проблему людей, она исчезла, и ты перестаешь быть им интересен. Население активно, пока его что-то волнует. А дальше оно перестает быть активным. Поэтому эффективнее вкладывать в конкретную агитацию. Найти людей, которым доверяют в этом селе, в этом доме. Чаще всего это женщины предпенсионного возраста. При высокой узнаваемости и активности они смогут привести людей на выборы без решения глобальных проблем. Мелкие вещи придется, конечно, делать, и многие кандидаты будут дороги насыпать, крыльцо ремонтировать. Но это не даст большого эффекта.

«СП»: — Что ты скажешь об обратной агитации? То есть не за кандидата, а против?

— На госдумовских выборах, как правило, используется второй вариант штаба. Это отдельный штаб, который никак не должен быть официально связан с кандидатом. Он будет выдвигать других кандидатов, которые реально не выиграют, и от их лица начинается контрпропаганда. Например, против одного из кандидатов на выборах в гордуму в прошлом году использовалась информация, что он собирается построить на Сортировке мусоросжигательный завод. Старая история, но она до сих пор эффективна. Строить мусоросжигательный завод, морг, свалки открывать — это, конечно, не удел тех, кто собирается баллотироваться. Это негатив, который волнует население. Контрпропаганда — это дополнительный расход, который также формально не проходит через избирательный фонд. Агитация против эффективно работает последние 2−3 недели, и расходуется на нее около 10 миллионов. Бывает, по 3−4 кандидата регистрируют. Даже партии регистрируют, как это было на выборах в гордуму в прошлом году. Это попытка сработать на невнимательность людей. Такие технологии используются — все зависит от возможностей кандидата и от уровня кампании. Дорогая госдумовская кампания стоит 150 миллионов, в среднем — от 80 миллионов рублей.

«СП»: — Дешевле можно?

— Можно, если у тебя уже высокая узнаваемость на избирательном округе.

«СП»: — Какую технологию, которая, на твой взгляд, давала бы эффект, не используют сейчас?

— Социологические опросы. Сейчас, к сожалению, кандидаты не знают проблем своего округа. И политтехнологи не знают. Они должны выяснить мнение населения, какие у него проблемы. Это должен быть большой опрос граждан.

«СП»: — Своими силами?

— Да, и взять одного социолога, который бы эти данные проанализировал. Приходя на округ, технолог должен понимать, что у него на округе творится. А у нас чаще всего стараются нанять технологов из Москвы, которые приезжают, отрабатывают, они пытаются задешево нанять местных, экономят на персонале. А это самое плохое дело, потому что берут непрофессиональные команды. То есть они даже вроде профессиональные, но не знают реальностей этого округа, никогда здесь не работали, не местные. Считается, что местных технологов не надо брать, потому что они друг друга знают, могут встретиться и о чем-то договориться. Но это глупость. В этот момент технологи не общаются друг с другом. Тем более, что в штабе конкурента у тебя есть, как правило, человек, который выдает тебе информацию.

«СП»: — Шпион?

— Да. Даже на городских выборах были такие. В штабах воровали информацию. Это же интересно, когда будет выброшена газета, когда пойдет расклейка плакатов, где, в какое время — чтобы вовремя их содрать.

Заксобрание: можно без черной бухгалтерии

«СП»: — Выборы в законодательное собрание не такие затратные?

— Если говорить о выборах в областное ЗС, то реальные кандидаты тратят по 30 миллионов на всю кампанию. Те, кто потратил 15 миллионов на первом этапе, смогут уложиться после выдвижения в 15 миллионов. Вот я работал на выборах прошлого созыва ОЗС — так мы все потратили официально, никакой черной бухгалтерии не было.

«СП»: — Тем кандидатам, которые уже известны в своих округах, можно ведь и не тратиться на первом этапе?

— Можно. Но те, кто идут на праймериз, обязаны их потратить. В этом смысле «Единая Россия», организуя выборы до выборов, ставит своих кандидатов в невыгодное положение, на мой взгляд, — они могли бы серьезно сэкономить. При этом набирает очки оппозиция, просто из-за того, что материальное положение людей становится хуже из-за санкций и роста курса валют.

«СП»: — Значит, заксобрание — это 30 миллионов?

— Одномандатникам можно дешевле уложиться. По списку можно, наверное, вообще бесплатно попасть, но не всем. Руководители партийных отделений, скорее всего, попадут в ОЗС без всяких взносов.

«СП»: — А если человек достоин быть депутатом, но средств у него нет? Он не может пройти в данной ситуации?

«СП»: — Может. Опыт Навального показывает, что если бы у нас были такие известные люди, которые готовы бороться за права людей…

«СП»: — Но у Навального изначально были средства. А если денег совсем нет?

— Я не могу однозначно ответить на этот вопрос. Я считаю, что можно попробовать избраться в ОЗС и даже в Госдуму совершенно без денег. Но при одном условии: ты должен бросить свою работу и работать только на это. То есть ты должен вычеркнуть из жизни все эти месяцы и быть готовым каждый день работать только на это. И тогда это реально. Ты можешь сам объехать деревни, провести агитацию, расклеить плакаты… Вопрос в том, если это получится… Если ты сумеешь самостоятельно нарастить рейтинг доверия… Ты все равно можешь не пройти просто потому, что у тебя не хватит средств на наблюдателей. Вот здесь тебя могут обмануть.

«СП»: — То есть тебя просто снимут?

— Возможно, тебя снимут, придравшись к запятой. Возможно, тебя обманут в самый последний день. То есть притащат людей, привезут с какого-то предприятия — и они проголосуют так, как надо. Просто ты не сможешь проконтролировать этот процесс: у тебя не будет своих людей в комиссиях, у тебя не будет юриста.

«СП»: — Как ты считаешь, эта система выборов — адекватная, честная?

— Сложно сказать, насколько она адекватная. Определенно можно сказать, что эта система дает победу тем, что работает и не жалеет денег. И те, кто старается сэкономить, допустим, на штабе, вроде бы им кажется, что эти люди не нужны, — они проигрывают.

Досье «СП»

Вячеслав Лукин, 35 лет, нижегородский политтехнолог, руководитель избирательных штабов и сети агитаторов.

Начал работать на выборах в 1999 году с должности организатора сбора подписей за партию «Союз правых сил» перед выборами депутатов Госдумы III созыва. В 2005 году руководитель агитбригады на выборах депутатов городской думы Нижнего Новгорода., в 2007 году — заместитель руководителя районного штаба по организационной работе партии «Яблоко» на выборах в Госдуму, в 2008 году — организатор сбора подписей в Нижегородской области на выборах Президента РФ.

С 2010 года — руководитель избирательных штабов кандидатов на всех проходящих выборах в регионе (в городскую думу Нижнего Новгорода и Заксобрание области).

Справка

В этом году Нжегородская область разделена на пять избирательных округов по выборам в Государственную Думу РФ (средняя численность — около 500 тысяч человек). На один округ приходится два района Нижнего Новгорода плюс кусок области, примыкающий к ним.

Для выборов в Законодательное собрание регион поделен на 25 округов (средняя численность — 100 тысяч человек). На один округ приходится один район Нижнего Новгорода. Исключение — Автозаводский район: он поделен на два округа.

Популярное в сети
Новости партнеров
Федеральный выпуск
Цитата дня
Lentainform
Новости
СМИ2
Медиаметрикс
24СМИ
Жэньминь Жибао
НСН
Цитаты
Никита Кричевский

Доктор экономических наук

Юрий Болдырев

Государственный и политический деятель, экономист, публицист

Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

В эфире СП-ТВ
Фото
СП-ЮГ