18+
суббота, 29 апреля
Политика

Под сенью Госдепа

Как бесплатная раздача шприцев и презервативов в Кузнецке вдруг стала политикой

  
913
Под сенью Госдепа
Фото: Анатолий Семехин/ТАСС

Пензенская общественная организация «Панацея», занимавшаяся профилактикой распространения ВИЧ-инфекции, 15 августа была включена в реестр иностранных агентов Соответствующее решение принял Минюст РФ. Ранее с требованием признать НКО иноагентом выступила прокуратура города Кузнецка. В надзорном органе уверены, что общественники работали на иностранные деньги и вели при этом политическую деятельность, преследуя целью «насаждение порядков, противоречащих национальным интересам России».

ВИЧ в Кузнецке
Молодежная общественная организация по профилактике негативных явлений среди молодежи «Панацея» была зарегистрирована в сентябре 2012 года в Кузнецке Пензенской области — городе, где уровень пораженности ВИЧ-инфекцией — самый высокий в регионе: 442 человека на 100 тыс. населения (в среднем по области этот показатель составляет 172 человека). По словам руководителя пензенского Центра СПИД Сергея Олейника, в Кузнецке ВИЧ-инфекция находится в стадии генерализации.
«Она уже вышла из среды групп риска — потребителей наркотиков, прежде всего, — и распространяется половым путем», — отмечает эксперт.
Профилактическая работа с молодежью велась в городе и до 2012 года, но тогда волонтеры держались фактически за счет одного энтузиазма. «Панацею» же создавали с расчетом привлечь какое-то финансирование, вспоминает руководитель организации Дарья Антонова. НКО даже заручилось поддержкой региональных властей — письмо из правительства Пензенской области Антонова хранит до сих пор. Впрочем, бюджетных средств на профилактику ВИЧ кузнечанам не выделили.
Через полтора года после создания «Панацея» выиграла грант. Некоммерческое партнерство «Эсверо» выделило НКО 1 млн 140 тысяч рублей, а также информационные и медицинские материалы. На полученные деньги были закуплены 100 тысяч шприцов и 10 тысяч презервативов, которые затем бесплатно распространялись среди инъекционных наркоманов. Метод «аутрич» (уличная социальная работа), который практиковала организация, давал свои результаты.
«У нас появилась „клиентская“ база, люди нам доверяли, шли на контакт», — говорит Дарья Антонова.
Проект был рассчитан на период с сентября 2013 по декабрь 2014 года. После того, как деньги закончились, «Панацея» в разы снизила свою активность. О том, что деятельность организации была политической, а финансирование — зарубежным (это два обязательных признака иностранного агента — «СП»), Антонова узнала только в мае 2016-го, когда ее неожиданно вызвали в прокуратуру Кузнецка и потребовали включить НКО в реестр иностранных агентов.

Тень мировой закулисы
Надзорный орган провел проверку и проследил происхождение грантовых средств «Панацеи» вплоть до самого Госдепа США и фонда Сороса. Дело в том, что деньги из этих структур поступали в Глобальный фонд для борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией, который, в свою очередь, был одним из источников финансирования для НП «Эсверо».
«Глобальный фонд — это международная организация, которая аккумулирует деньги из разных источников. В иске кузнецкого прокурора все зациклено на фонде Сороса, но это далеко не основной источник поступления средств в Глобальный фонд. Самое интересное, что до 2013 года взносы туда делала и Российская Федерация», — комментирует Сергей Олейник.
Впрочем, прокуратуру этот факт не смутил. 22 июня 2016 года, за несколько недель до того, как иск в отношении «Панацеи» поступил в суд, НП «Эсверо» было признано иностранным агентом. Еще раньше, в апреле, в соответствующий реестр Минюста РФ попала энгельсская НКО «Социум», также получавшая от «Эсверо» грант.
В доказательство того, что деятельность кузнецкой НКО носит политический характер, прокурор Кузнецка Алексей Аношин привел экспертизу, выполненную деканом юридического факультета Пензенского госуниверситета, профессором Виталием Гошуляком. В ней противопоставляются два подхода: Минздрава РФ и других российских госструктур — с одной стороны, и Глобального фонда — с другой.

Копипаст от профессора

Гошуляк пишет, что сторонники первого подхода «считают человека существом разумным и прагматичным», поэтому предлагают людям «отказаться от стереотипов сексуальной революции в пользу семейных ценностей» и выступают за полное излечение наркозависимости.
Второй подход базируется на принципах постлиберализма, для которых характерна «максимализация» прав уязвимых меньшинств — наркоманов, проституток и сексуальных меньшинств. Пропаганда «снижения вреда» и раздача наркоманам шприцев и презервативов, по мнению Гошуляка, — это «косвенная, а подчас и прямая пропаганда наркотиков и гей-культуры».
«Получается, что борьба международных фондов с эпидемией СПИДа — это всего лишь ширма для продвижения собственных интересов на еще «не освоенные территории», — делает вывод Гошуляк.
Впрочем, назвать заключение авторским вряд ли возможно, поскольку оно представляет собой выдержки (в ряде случаев — просто копипаст) из статьи «СПИД, наркотики, гей-культура и большая политика», опубликованной 17 мая 2012 года на сайте «Независимой газеты».
На основе этого заключения кузнецкая прокуратура сделала вывод о том, что деятельность «Панацеи» «вступает в серьезное противоречие с государственной политикой в сфере профилактики наркомании и СПИДа» и представляет собой «идеологический и даже политический проект, цель которого — насаждение порядков, противоречащих национальным интересам России».

Кому нужны НКО?

Предварительное заседание по иску прокуратуры к «Панацее» прошло 9 августа. Оно же стало последним. Прокурор Кузнецка Алексей Аношин отказался от исковых требований в связи с добровольным их удовлетворением, и суд прекратил производство по делу. По словам Дарьи Антоновой, она уже подала документы на ликвидацию «Панацеи».
Включение кузнецкой НКО в реестр иностранных агентов — уже пятый случай, когда общественные организации, занимающиеся профилактикой распространения ВИЧ-инфекции, получают «нежелательный» статус. И вряд ли бы кузнецкая прокуратура обратила свое внимание на раздачу шприцев и презервативов двухлетней давности, если бы не было соответствующей судебной практики. Антонова призналась газете «Коммерсант», что в прокуратуре ей показали решение по энгельсскому «Социуму» и заявили, что есть «установка на выявление иностранных агентов».
Это вполне может так и быть — основания, по которым обе НКО внесли в реестр Минюста, сильно похожи.
Принимая во внимание, что очень многие организации, занимающиеся борьбой со СПИДом, имеют внебюджетные источники финансирования, в том числе из-за рубежа, случай «Панацеи» может оказаться не последним. По крайней мере, посыл понятен: в России, где, как утверждают в Минздраве, нет эпидемии СПИДа, общественники, использующие методы, порой отличные от минздравовских, просто не нужны.
Многие из НКО, поставленные перед фактом быть признанными иностранными агентами, не имея других средств к существованию, кроме грантов, предпочли ликвидировать. По этому пути пошел, к примеру, фонд «АнтиСПИД» в Пензе.
«Мы в свое время прекратили свое существование только потому, что не захотели оказаться в ситуации, в которой оказалась сейчас „Панацея“. Ну и естественно, из-за проблем с финансированием. То есть финансирование внешнее „убрали“, а своего, внутреннего, не дали. Существовать в этих условиях мы тоже не нашли никакого смысла и никакой возможности», — сказал ИА «Пенза-Пресс» директор Центра СПИД Сергей Олейник, ранее возглавлявший фонд «АнтиСПИД».
По его словам, «Панацея» была едва ли не последней НКО, занимавшейся борьбой с ВИЧ на территории Пензенской области.

Популярное в сети
Новости партнеров
Федеральный выпуск
Цитата дня
Lentainform
Новости
СМИ2
Медиаметрикс
24СМИ
Жэньминь Жибао
НСН
Цитаты
Павел Салин

Политолог

Сергей Марков

Политолог

В эфире СП-ТВ
Фото
СП-ЮГ