18+
суббота, 18 августа
Культура

Дирижер без палочки

Или как важно найти свой язык жестов

  
580
Дирижер без палочки
Фото: автора

Строгий костюм, белая рубашка, галстук. И свет софитов отражается в лаковых туфлях. А на репетиции он совсем другой — обычный парень в футболке, ничуть не похожий на известного уже во всем мире столичного дирижера, которого приглашают лучшие концертные залы. В этот свой приезд в Уфу Максим Емельянычев играл Моцарта — и оркестр, наш, Национальный симфонический, звучал очень камерно. А во втором отделении была Вторая симфония Рахманинова, и музыканты играли уже во всю мощь, и дирижер был частью оркестра — и музыки. Энергия рвется из Максима наружу, и он вскидывается, прямо-таки взмывает вверх — стремительный, быстрый, реагирующий, — а то понижает звук, и ни секунды не стоит на месте. И зал радуется вместе с ним, и грустит, и восхищается, и просто на руках готов его носить — такого удивительного, такого молодого дирижера, вместе с его нереальным обаянием и энергетикой, наполняющими зал…

Представляя Моцарта

— В первой части концерта вы играли концерт Моцарта для фортепиано № 23. Специально перед вашим выступлением я посмотрела его в исполнении Владимира Горовица, знаменитого пианиста — в какой-то степени оно является для вас ориентиром?

 — Вы, наверное, говорите об очень поздней его записи — 1986 года? Да, это очень хороший концерт, Горовиц играет там с оркестром театра Ла Скала. Знаете, любое исполнение, которое мы слушаем, которое вообще встречается нам в жизни, — неважно, запись это или живой концерт — всегда очень интересны и дают возможность подумать, понять: как дирижер или, скажем, пианист видит данное произведение.

Но когда играешь концерт от своего имени, нужно опираться в первую очередь на текст, который написан Моцартом — для этого есть и исторически корректные издания, и трактаты, в частности трактат отца Моцарта — Леопольда, есть сведения об исполнителях того времени, и мы, конечно, стремимся к достоверности. Мы ведь играем музыку пяти предшествующих столетий (в симфоническом оркестре, может быть, трех), и каждый музыкальный стиль должен отличаться и в нашем исполнении. Стиль нашего музицирования в Моцарте соответствует нашим представлениям о композиторе; точно так же в сегодняшнем концерте мы опираемся на традицию исполнения Рахманинова начала ХХ века.

Читайте также

— А Рахманинов входит в число ваших любимых композиторов — вы ведь больше выделяете немецкую классику?

— Я отвечу вам так, как отвечают в подобных случаях многие музыканты: мне нравится тот композитор, кого я сейчас играю. Но, конечно, если я выбрал такую программу, это уже говорит о том, что мне близка эта музыка.

Дирижер Максим Емельянычев (Фото: автора)

Когда есть что сказать

— Вы универсал: играете на фортепиано, на клавесине и хаммерклавире, на корнете — корнетистов у нас в стране всего два. То есть дирижированием вы не ограничиваетесь. Это в вас такой неизбывный интерес к жизни сидит?

— Да, мне интересно многое. Хочется же разную музыку играть! И если вам нужно сыграть фортепианный концерт, вы договариваетесь с залом, собираете публику и играете для них концерт. Хотите сыграть фортепианное трио — договариваетесь с виолончелистом и скрипачом и играете. Если играть Моцарта, нужен камерный оркестр, Рахманинова — симфонический. Все идет от желания исполнять — когда кажется, что вам есть что сказать именно в этой музыке. Хотя окончательно это решает уже публика.

— Уже несколько лет вы дирижируете без палочки. Однако, помнится, вы говорили, что палочка — это очень эргономично! Без нее разве не трудно?

— Ну, мне так удобно — без палочки! Я чувствую себя комфортно. И потом, труд музыканта — не такой энергозатратный, легче, чем многие другие профессии. Это, конечно, скорее интеллектуальный труд, чем физический. Гораздо более (смеется).

— Вы так порхаете по сцене — вас сравнивают то с эльфом, а то и вовсе с облаком. А сами вы кем себя ощущаете?

— Ну, вам виднее, конечно… Вообще все зависит от коллектива, с которым работаешь: с каждым находишь собственный язык жестов — при помощи него и работаешь в данном случае. У меня нет двух лет для репетиций с каждым коллективом, есть всего две-три репетиции, за которые оркестр и дирижер должны понять друг друга. И важно найти язык жестов, на который люди откликнутся. Во всех оркестрах он разный. Да и вообще в музыке — к примеру, в барочной один язык жестов, в классицизме другой; в частности, в концерте Моцарта я почти не дирижирую, только играю. Я считаю, что это более камерное музицирование, и здесь никто не нуждается в показах.

— В то же время вы говорите о том, что публика любит смотреть на дирижера…

— Да, это так. И это у нас как раз есть во втором отделении — когда звучит Рахманинов. Коммуникация дирижера с оркестром очень логична и во многом информативна — здесь быстрее, здесь медленнее, здесь громче, здесь тише, хотя эмоций много. Публика, которая не знает технику дирижирования, не знает, что нужно оркестрантам в данный момент, и, естественно, видит только эмоциональный момент — она не видит техническую составляющую.

— Положа руку на сердце — элементы шоу есть в вашем выступлении?

— Так концерт это и есть шоу! Это своего рода экшн — мы как раз сейчас с вами об этом говорили.

Хорошего больше

— Публика ведь еще очень реагирует на вашу молодость — вам 28, и не все знают, что вы дирижируете достаточно долгое время…

— Да, впервые такой опыт у меня был в 12 лет, в родном Нижнем Новгороде. Конечно, тогда я волновался. Сейчас страх если и бывает, то совсем другого рода — скорее, артистический, который, напротив, должен помогать — и помогает.

Дирижер Максим Емельянычев (Фото: автора)

— Игра с нашим Национальным симфоническим оркестром вам доставляет удовольствие?

— В каждом коллективе есть такие моменты, которые нравятся. Есть большой процент людей — энтузиастов своего дела, и это радует, за этим сюда и хочется возвращаться. Когда ты говоришь то, что кому-то интересно, это всегда радует — дирижер должен заинтересовать оркестр. Хотя в прошлый приезд у меня здесь была всего одна репетиция и небольшой саундчек в день концерта, все было достаточно интенсивно и не было времени думать — я просто должен быть делать то, что должен. И результат получился хороший — наверное, отчасти потому, что был элемент экстрима.

— А провокации со стороны музыкантов случаются — когда вы репетируете с новым для вас оркестром?

— Вот конкретно чтобы провокации — не припомню. А проверки — да, это есть, причем всегда.

— И как вы их обходите?

— Профессионально. Музыканты могут отпускать реплики — и хотят, чтобы дирижер это заметил. Обычно бывает достаточно одного взгляда… Хотя, несмотря на то, что такое замечаешь всегда и слышишь все, иногда бывает как раз важно не обратить на что-то внимания.

— Создается впечатление, что вы все делаете очень легко. Вы вообще везунчик?

— Не знаю. Могу сказать, что я замечаю только хорошее — по крайней мере стараюсь. Плохие моменты, наверное, тоже есть, но лучше от них как-то уходить.

Делать то, что нравится

— Вы играете на самых разных концертных площадках мира. Публика отличается?

— Публика везде разная. И где-то больше играешь для нее — потому что она тебя слушает, затаив дыхание. Но случается, что этого не происходит — и тогда концентрируешься на музыке и играешь для себя. И это тоже неплохо — потому что мы, как профессионалы, можем получить многогранное удовольствие от того, что делаем — не только эмоциональное (в отличие от публики), но и, я бы сказал, технологическое.

— Максим Емельянычев, играющий музыку, и Максим Емельянычев дирижирующий — чего в вас больше?

— Для меня близко и то и то. Я делаю только то, что мне нравится, и раз я что-то делаю — значит, люблю это.

— А вы вообще не делаете то, что вам не нравится?

— Ну, иногда, конечно, приходится. Вот на письма, например, не люблю отвечать. В соцсетях не переписываюсь — беру там только то, что нужно.

Читайте также

— Вы довольно часто приезжаете в наш город…

— Мне нравится в Уфе — я уже раз шесть был здесь. Играл камерные концерты с вашими музыкантами — с Айсылу Сайфуллиной, скрипачкой — она сейчас играет в заслуженном коллективе Санкт-Петербургской филармонии, с виолончелистом Аязом Нуховым. Здесь я участвовал в сессии Молодежного симфонического оркестра Поволжья. Вот теперь во второй раз играю с Национальным симфоническим оркестром. Надеюсь, публика останется довольна нашей игрой — классической и романтической.

Популярное в сети
Новости партнеров
Федеральный выпуск
Цитата дня
Lentainform
Новости
СМИ2
Медиаметрикс
24СМИ
Жэньминь Жибао
НСН
Цитаты
Максим Шевченко

Журналист, член Совета "Левого фронта"

Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

В эфире СП-ТВ
Фото
СП-ЮГ