18+
понедельник, 29 мая
Культура

Как становятся жертвами вербовки ИГИЛ

Исламские радикалы используют различные методы, в том числе НЛП, но кино не об этом…

  
816
Когда я ем, то чувствую вкус еды, посланной Аллахом. Кадр из фильма «No Сomment». Режиссер - Артем Темников
Когда я ем, то чувствую вкус еды, посланной Аллахом. Кадр из фильма «No Сomment». Режиссер — Артем Темников (Фото: из архива режиссера)

Артем Темников — режиссер, пришедший в игровое кино из документального. Тележурналист, автор картин, демонстрировавшихся на центральных телеканалах России («Тайны кремлевских пациентов», «Спецназ ГРУ», «Покушения на вождей» и др.). Экстремал, оптимист и, что особенно радует — убежденный пацифист. В Уфу Артем привез картину «No Сomment», ставшую фильмом закрытия международного кинофорума «Рукопожатие».

Чечня и немцы

«СП»: — Во время просмотра зрители очень переживали за героев, настолько реалистично все показано в картине. Вы отталкивались от реальной хроники?

— Задолго до начала работы над «No Сomment» я делал по заказу РТР документальный фильм о спецназе ГРУ «Волкодавы», где был сюжет о Чечне. Мне дали стопку кассет, которые были найдены после боя в бандитском блиндаже, неподалеку от селения Сержень-Юрт, и кассеты, которые снимали спецназовцы. Я стал отбирать материал и неожиданно услышал за кадром немецкую речь. На других кассетах я увидел и самого немца, совсем молодого, с рыжеватыми волосами и бородой, который минировал дороги, и мне стало интересно, как его занесло на эту войну из сытой благополучной страны.

Я начал работать над сценарием. И эта работа длилась почти год. Прототип Томаса — собирательный персонаж. К сожалению, этот юноша из Европы был не единственным, но Карл Томас Фишер, парень из немецкого города Ульм, стал основным прототипом главного героя. О нем и его семье даже писали в немецкой прессе. Извечный сюжет — коварство и любовь. Главный герой влюбился в арабскую девушку, принял ислам и стал жертвой вербовки.

«СП»: — Но девушка ведь была ни при чем?

— Девушку, которая сработала в этой ситуации как наживка, убирают от Томаса после того, как она совершила ошибку и тоже его полюбила. Парню сказали, что сначала надо помочь братьям по вере на войне и доказать, что он мужчина, а уже после этого он получит любимую и будет жить с ней долго и счастливо.

«СП»: — Ее убрали в сторону, когда она стала не нужна, а парня ввели в заблуждение, сказав: «Лейла в отличие от тебя мусульманка… она воспитана иначе, чем ты, и у вас не может быть общего будущего».

— Да, и тогда юноша ради любви к ней принимает ислам. Потом, сжигая свои детские фото, он говорит: «Томаса больше нет, теперь меня зовут Хамза», — и идет воевать.

Главный герой похож на юного Вертера, он страдает, путается, ошибается, принимает за настоящих друзей людей, которые используют его в своих целях. И причина тому — непонимание, окружающее Томаса: отец тянет его в свой бизнес, мать больше занята собой, девушки подсмеиваются над гадким утенком, а сверстники бьют за то, что он «пристает» к их девушкам. И в это самое время за парня вступаются люди, заинтересованные в том, чтобы заполучить его в ряды террористов.

В каждом молодом человеке, в той или иной степени, природой и воспитанием заложено чувство справедливости, которое отзывается на призывы о помощи. Воздействуя на него, человеком можно манипулировать. Также манипулировать можно и используя тягу молодых людей к противоположному полу. Им рассказывают о том, что кто-то страдает, и что каждый из них может помочь людям, и мир станет лучше. Возможно, ради этого потребуется кого-то наказать и быть жестокими, но в результате все заживут счастливо.

Наивным простакам обещают все блага здесь и рай на небесах, а для людей более сложного порядка нажимают на избранность, на то, что он другой. «Родители тебя не понимают, сверстники обижают, девушки смеются над тобой, потому что ты очкарик? Это все неправильные люди! Правильные мы — и ты…». А пол, национальность и бывшие религиозные убеждения вербуемых, если таковые имелись, вообще не имеют значения. Главное, чтоб человек был доверчив.

Между молотом и наковальней

«СП»: — А вы помните реакцию одного из зрителей на обсуждении в кинозале после просмотра «No comment«? Он сказал, что ислам показан в фильме крайне однобоко — лишь как религия, несущая миру угрозу…

— И я ответил ему, что в рамках этого фильма не стояла задача исследовать ислам. Все мировые религии призывают к добру и справедливости, но есть люди, которые прикрываются верой и используют невежество людей в своих целях. Фильм основан на реальных событиях и видеосъемках спецназовцев и боевиков, которые происходили в 2003 году в горах у чеченского селения Сержень-Юрт. Главное здесь — истории нескольких людей, которых судьба забросила на Кавказ и свела в одной точке в одно время.

Параллельно с историей Томаса идет сюжетная линия командира группы спецназ капитана Басаргина и его товарища Димы Родина, которые ищут террористов в тех самых горах, и старого чеченца Исы, поставляющего продукты боевикам из-за того, что его юный сын был забран в банду. Алексей Басаргин, русский офицер, находится уже не в первой командировке в Чечне и хочет поскорее найти бандитов и вернуться домой, чтобы успеть на соревнования к сыну. Старик Иса и его сын Саид — местные жители, которые, чтобы выжить, вынуждены выкручиваться как могут, находясь между военными с одной стороны и бандитами — с другой, как между молотом и наковальней.

«СП»: — Получается, что этот фильм о судьбах разных людей…

— Да, о судьбах разных людей, попавших под колеса войны и раздавленных ими. Всех этих людей наверняка любили в детстве мамы, а потом они выросли и оказались на войне, там, где люди убивают людей, где им самим приходится убивать.

У меня были хорошие консультанты. Как военные, так и специалисты по Ближнему Востоку и исламу. Весьма компетентные люди — например мой друг Басем аль Ашкар. Он рассказывал о том, что исламские радикалы используют при вербовке различные методы, в том числе нейролингвистическое программирование. Я сам видел, как в той же Германии салафиты ставят свои рекламные стенды и палатки прямо перед мэрией и бесплатно раздают всем желающим салафитские брошюры, Коран и приглашают в общины, где происходит вербовка новобранцев в том числе и в ИГИЛ. Конечно, мусульмане, как и представители других религий или атеисты, бывают разные, но этот фильм не о вере, а о том, почему гибнут люди и можно ли что-то сделать, чтобы избежать войн и насилия.

«СП»: — Как сказал герой вашего фильма: «Отменить бы все войны»…

— Об этом же часто говорил мне мой отчим Ильверт Зайнышев, который, кстати, родился в татарском селе в Башкирии, дослужился до полковника и ушел на гражданку не только полковником, но и доктором исторических наук. И я вслед за ним не устаю поражаться — в двадцать первом веке люди продолжают решать свои проблемы с помощью оружия, вместо того чтобы научиться договариваться! Я уже говорил о том, что различий между людьми в мире гораздо меньше, чем того, что их объединяет. В моей картине, кстати, интернациональный состав — в ней играют немецкие, русские, чеченские, арабские, турецкие, персидские, немецкие, крымско-татарские актеры, а сам фильм снимался на пяти языках… Эти разные люди из разных культур прекрасно работали вместе и понимали друг друга, несмотря на языковые и культурные различия.

«Нохча"-жизнелюб

«СП»: — Выходит, в мире жить вполне реально. Как жаль, что не все это понимают… А как вы находили актеров?

— Карла Томаса Фишера, впоследствии завербованного экстремистами, сыграл немецкий актер Леонард Проксауф — до этого сыгравший главную роль в «Белой ленте» Михаэля Ханеке (фильм получил Золотую ветвь Канн в 2009 году, имеет в своей копилке еще несколько престижных европейских наград). А исполнительницу роли Лейлы, в которую влюбился Томас, сыграла еще совсем начинающая, но очень красивая актриса — Сома Пайсел. Когда ей было 6 лет, ее семья после американской бомбежки потеряла свой дом в Ираке, после чего они бежали в Германию. Сома красивая девушка, и во время съемок реальной подружке Леонарда пришлось из-за этого изрядно понервничать. В итоге она стала приходить на съемки каждый день — «помогать» своему бойфренду повторять слова.

«СП»: — Художественным руководителем вашего фильма выступил Евгений Миронов…

— Когда я закончил первый вариант сценария, я отправил его продюсерам. Интерес к нему проявил Сергей Сельянов, но он предложил сделать картину более коммерческой, чем авторской. А вот Жене Миронову, который только что открыл киностудию «Третий Рим», сценарий понравился. Мы еще доработали его, и в итоге получилось то, что вы видели.

Российская премьера «No comment» состоялась летом 2015 года в Сочи, в основной программе «Кинотавра», после фильм был отобран во внеконкурсную программу Московского МКФ и МКФ в Шанхае, затем получил приз как Лучший фильм российской программы на МКФ «Восток&Запад», Специальный приз Анатолия Приставкина на фестивале «Сталкер» («No Comment» стал там фильмом-открытием кинофестиваля). И вот французы дали нам Гран-при на кинофестивале в Онфлере. Фильм уже отобран в конкурсные программы еще нескольких кинофестивалей и премий, о которых пока говорить не буду.

«СП»: — Вы тоже снялись в паре эпизодов фильма. Вообще, у вас интересная внешность, в Чечне наверняка принимали за своего…

— Да, в Чечне я «нохча», там ни у кого не возникало сомнений, что я чеченец. Хотя, признаться, за своего меня принимают практически в разных странах. В Чечне это было большим плюсом, ведь ко мне очень хорошо относились местные, и это помогало в работе.

Автограф режиссёра Артёма Темникова (Фото: автора)

«СП»: — Вы объездили много стран, неоднократно бывали в горячих точках, сняли фильм о спецназе, теперь вот «No comment». И при этом вы много улыбаетесь, видно, что любите жизнь и людей. Это что — мудрость или свойство характера такое — отсекать плохое, во всем видеть только хорошее?

— Для меня было важно рассказать о человеческих существах, которые живут, любят, радуются, страдают и волею судьбы попадают на войну, где их пути пересекаются. И я снял антивоенный фильм, герои которого задаются простыми и важными вопросами бытия: «Зачем мы живем? Почему любим? Для чего убиваем и за что умираем?»

Я думаю, что жизнелюбие, как и другие черты характера человека, не только заданы генетически, но и сформированы его бытием. Я много любви получал в детстве от своих родных, а потом, начиная со службы в армии, стал понимать, что жизнь сложнее и жестче, чем кажется подростку. Но я всегда радовался и продолжаю радоваться тому, что, несмотря на несовершенство жизни, она прекрасна и самое главное, чтобы она продолжалась, а люди больше ценили этот дар.

Популярное в сети
Новости партнеров
Федеральный выпуск
Цитата дня
Lentainform
Новости
СМИ2
Медиаметрикс
24СМИ
Жэньминь Жибао
НСН
Цитаты
Вадим Трухачёв

Политолог

Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

В эфире СП-ТВ
Фото
СП-ЮГ